Зарождение и развитие авторского права в международном и зарубежном частном праве

Древнему миру было совершенно чуждо понятие литературная собственность. Воззрения древних на авторский труд носили идеальный характер и исключали всякое представления о каком-либо материальном вознаграждении за эстетическое удовольствие, доставляемое произведениями литературы и искусства. Вознаграждением для авторов служили – венок, слава, бессмертие. Гомер обходил греческие страны и пел свои божественные песни о подвигах богов и героев-полубогов, получая лишь гостеприимный прием. Пиндару, возбуждавшему своей воинственной песней воинственный экстаз греческих воинов, было чуждо представление о гонораре за свой патриотический подвиг. Сократ учил истине по внутреннему влечению и не требовал от своих слушателей никакого вознаграждения за свои лекции по логике и философии. Даже афинский театр не служил местом развлечения, а был религиозным учреждением, в котором, рядом с представлением трагедий Эсхила, Еврипида и Софокла, совершались торжественные обряды в честь Дионисия». [5, c. 3-4]

Если греки охотно награждали своих певцов гостеприимным приемом, то это отношение не дает еще основания видеть в нем авторское право, во-первых, потому, что оно не носило юридического характера, во-вторых, потому что вознаграждение не всегда совпадало с принадлежностью песни самому певцу, наконец, потому что здесь не было исключительного права распространения. Когда в последствие в Греции изменилось положение поэтов, в литературе не раз встречалось воспоминание о положительном положении прежних поэтов, занимавшихся литературой лишь по внутреннему влечению. Прежнее довольство славой и простым венком сменилось требованием более существенных материальных наград в виде денег или золотых вещей. Сочинения греческих писателей имели большое распространение, книжная торговля процветала особенно в Афинах, а позднее в Александрии. И тем не менее мы не встречаем никаких указаний на авторское право в современном его значении. Материальное положение авторов обеспечивалось или собственными унаследованными средствами, или одновременным гонораром, или же покровительством богатых и влиятельных лиц. [10, c. 75-76]

В римской жизни литература достигла значительной степени развития, и являются даже зачатки книжной торговли. Но и для римлян понятие литературной собственности в его современном смысле не могло иметь места. В их время письменная передача мысли была крайне несовершенна, произведения литературы могли только переписываться на пергамент или папирус, при помощи ручного труда переписчиков, и такая переписка была сопряжена с громадной тратой времени, труда и материальных средств, вследствие чего каждый экземпляр сочинения (манускрипт) был очень дорог и доступен только людям со значительным состоянием. При необходимости затратить труд и время на изготовление, путем переписки, каждого отдельного экземпляра сочинения, представлялось вполне естественным, что каждый пользовался полной свободой переписывать какую угодно рукопись, и с точки зрения римского правосознания являлось бы в высшей степени странным запрещение переписки всякому другому, кроме одного, уполномоченным на то автором. [5, c. 4-5]

В римском быту было много условий, благоприятных для возникновения авторского права в его настоящем значении. Римское общество стояло на высокой ступени образования, вызывавшего в значительной его части потребность в чтении, в духовной пище. В последние десятилетия республики любовь к литературе глубоко проникла в римский высший круг, государственные люди и полководцы обыкновенно проводили часы досуга в чтении; вельможи брали с собою книги в свои походы и поездки; в монархическое время любовь к чтению, заинтересованность наукой и искусством еще более распространились. Вельможи и знатные дамы писали стихи; разговор в обществе вращался обыкновенно на литературе, чтение поэтов было приправою к удовольствиям пиров. Лавки книгопродавцев стали сборными местами образованных людей и ученых; богачи принимали гостей в своих библиотеках. Этой развившейся потребности в чтении соответствовала богатая римская литература, доступная сперва тесному кружку римских граждан, а позднее, с расширением римского господства и культуры, распространившая свое влияние на окраины римской империи.

Предложение книги было весьма значительное, как это можно предположить из того, что многие имели громадные библиотеки, содержавшие сотни и даже тысячи книг. Сочинения наиболее популярных поэтов, изготавливались в тысячах экземплярах и рассылались по всей империи. Если принять во внимание все эти обстоятельства, то станет очевидно, насколько значительную имущественную ценность могли представлять сочинения в римскую эпоху, и как возможно было установить авторское право в смысле исключительного права переписки.

Однако ничего подобного не замечается в римском законодательстве, потому что, если были на лицо технические и экономические условия для возникновения института авторского права, то с другой стороны они парализовались воззрением на литературный труд и на социальное положение авторов. Сам по себе автор едва ли мог пробить себе дорогу; для упрочнения своего как материального, так и литературного положения, он должен был добиваться чести, попасть в свиту какого-нибудь влиятельного покровителя наук и искусств.

У Я.А. Канторовича мы находим следующее описание складывающихся взаимоотношений в римском обществе того времени, так «римские писатели для обеспечения существования должны были искать покровительства меценатов. Наряду с поваром, красивым мальчиком, фокусником, в толпе прислужников, которыми окружал себя знатный римлянин, выдающуюся роль играли и философ, поэт, составитель мемуаров».[1]

Покровители удовлетворяли своему тщеславию, когда стремились окружать себя толпою образованных людей и даже талантов, смотревших им в глаза и воскурявших в изобилии фимиам.

Но такое удовольствие должно было щедро оплачиваться. Если поэт успел понравиться покровителю, он мог считать свое положение обеспеченным. Другие писатели искали покровительства у самих государей и получали различные должности, приносящие доход.

При таком складе отношений не было места для самостоятельности, независимости автора. В силу установившегося порядка он должен был пристроится к известному кружку и пользоваться всеми теми благами, которые уделялись ему его покровителем. Если автор и получал доход от своих произведений, то только в виде суммы единовременно выдаваемой издателем за приобретенный манускрипт.

Если социальное положение автора не благоприятствовало установлению в его лице исключительного права на переписку его произведения, то невольно возникает вопрос, почему издатели не протестовали против переписывания произведения, манускрипт которого был им уступлен? Между тем мы нигде не встречаем указаний на жалобы их, на недовольство свободой переписки. Очевидно, для римских издателей свобода переписывания казалась вполне естественной, тем более что сама работа не требовала предварительных затрат. Во всяком случае, римское законодательство, даже при наличности некоторых благоприятных условий, не знало зашиты имущественных интересов автора ни в пользу последнего, ни в пользу его издателя.

Эпоха античной культуры, высокого образования, утонченного вкуса сменяется периодом глубокого мрака, всеобщего невежества и грубости. Времена настолько изменились, что даже высшие общественные слои были чужды грамотности, большинство графов и баронов не умело ни читать, ни писать, даже представители духовенства нередко оказывались не в состоянии подписать свое имя. В Англии грамотные люди были настолько редки, что они освобождались даже от смертной казни в случаях совершенного убийства. Церковь относилась в высшей степени не благоприятно к светской литературе.

Письменная литература того времени нашла себе приют почти исключительно в монастырях. Здесь сосредотачивалось знание, наука и философия средних веков. Часть монахов занималась переписыванием классических произведений, некоторые обратились к составлению хроник, иные создавали философские трактаты в схоластическом духе того времени. Все более известные имена представителей духовного труда принадлежат лицам монашеского звания: Абеляр, Фома Аквинский, Альберт Великий и др. Существование этих тружеников было обеспечено пребыванием в монастыре, с другой стороны условия монашеской жизни не позволяли им задаваться мыслью материального обогащения от своих трудов. Автор был счастлив тем, что его сочинения переписывали и был далек от мысли отстаивать свое исключительное право; в переписывании он видел скорее честь, оказываемую его произведению. При том сочинения эти, писанные на латинском языке, оставались чуждыми общественной массе, неспособной понять ни языка, ни содержания. [10, c. 77-82]

Значимым событием в истории развития человечества и в своем роде катализатором, ускорившим процесс приближения юридической мысли к современному пониманию авторского права, является изобретение Иоганном Гуттенбергом в середине XV века печатного станка. Это, пишет С.А. Судариков, не только ознаменовало новую эпоху промышленного использования литературных произведений, которые копировались путем переписки от руки и не могли распространяться в достаточном количестве, но имело решающее значение для развития культуры и стимулирования литературного творчества[2].

Изобретение печатного станка, позволявшего изготавливать неограниченное количество копий литературных произведений, привело к пониманию особого характера произведений творчества. Возможность произведения без потери своих свойств существовать в бесконечном количестве воплощений дала юристам основание признать их особый характер и назвать их «бестелесными вещами».

Владельцы типографий, вкладывающие значительные средства в издание книг, стали требовать защиты своих интересов от конкуренции со стороны владельцев других типографий, которые занимались перепечатыванием уже выпущенных в свет книг. Поэтому первой правовой формой защиты авторского права в Европе стали привилегии, выдаваемые светской или духовной властью книгоиздателям. Существом этих привилегий являлось исключительное (монопольное) право на издание определенной книги, с одновременным запретом под страхом штрафа или уголовного наказания всем остальным издателям выпускать эту же книгу. Привилегия была индивидуальным юридическим актом, который, во-первых, предоставлял определенному лицу исключительное (монопольное) право определенным образом использовать произведение и, во-вторых, одновременно под страхом наказания запрещал всем остальным лицам осуществление аналогичных действий. По сути система привилегий заложила основу современного понимания исключительного права. [6, c. 8-9]

С конца XV века и до начала XVIII история книгопечатания характеризуется выдачей привилегий, закрепленных в королевских законах и указах. Так, например, в Англии и странах континентальной Европы как раз и возникла система привилегий, которые суверен выдавал определенным издателям.

У Дэвис Джиллиан, мы находим следующее описание существующего порядка отношений в сфере авторского права в период обозначенного времени. Так, с 1557 года в Англии эти привилегии были монополией членов Союза Книгоиздателей. Интерес властей к такой монополии заключался не в том, чтобы обеспечить защиту прав владения произведением книгоиздателей, а в том, чтобы удовлетворить желание королевских особ контролировать публикацию и печать произведений с целью запретить издательство мятежных и еретических книг. Печатание было запрещено без согласия владельца произведения. В 1662 году вышел Лицензионный акт, согласно которому было запрещено печатать книгу пока она не будет лицензирована и записана в перечень Союза Книгоиздателей. Также были изданы некоторые уставы касательно печати и были запрещены книги, в которых в какой-то мере выражалось негативное отношение к церкви и правительству. [11, c. 9-11]

Делая вывод, можно заключить, что желание суверена осуществлять контроль процесса массового доведения информации до населения, посредством книги, способствовало становлению механизмов обеспечения авторского права; выражалось выдачей привилегий – предоставлением одобренному монархом лицу исключительного (монопольного) права определенным образом использовать произведение и одновременно под страхом наказания всем остальным лицам запрещалось осуществление аналогичных действий.

В XVII столетии, когда на смену абсолютной монархии пришла система парламентаризма, под влиянием английского философа Джона Локка и некоторых других мыслителей были сделаны существенные изменения старого порядка книгопечатания. Так, ограничения, наложенные на книгопечатание, были постепенно ослаблены, в результате чего, само существование привилегий монопольных издателей было поставлено под сомнение. В обстановке крушения системы королевских привилегий, издатели и книготорговцы пытались всеми возможными средствами сохранить полученные права.

Как следствие, 11 января 1709 г., в Палате общин был заслушан проект закона «О поощрении образования путем закрепления за авторами или приобретателями копий печатных книг прав на последние на время». 10 апреля 1710 г. данный проект стал законом, известным под названием – «Статут королевы Анны». Это был первый в истории закон об авторском праве в современном понимании указанного термина, который впервые закрепил личное право на охрану опубликованного произведения. [1, с.14-15]

В соответствии со Статутом автор получал исключительное право на издание своего произведения в течение 14 лет, которое могло быть уступлено на этот срок издателю. Статут требовал регистрации произведений до их публикации в реестре Компании издателей и книготорговцев, а также депонирования экземпляров произведения в университетах и основных библиотеках. По истечении указанных 14 лет право на издание возвращалось автору, и он мог снова уступить его, в том числе и другому издателю, еще на 14 лет. Нарушение исключительного права на издание наказывалось крупным штрафом с конфискацией незаконно изданных экземпляров произведения. [3, c.4-5]

Франция, отмечает И.В. Савельева, по праву может считаться родоначальницей установления правовой охраны авторов произведений литературы и искусства. Принятые французским конвентом в 1791 и 1793 годах декреты о правах авторов разного рода письменных произведений, драматургов, композиторов, художников и графиков отразили гуманистические естественно-научные теории «прирожденных, естественных и священных» прав человека, декларированных в эпоху буржуазных революций. [4, c.5]

Декрет 1793 г. является первым в истории установлением, пишет С.А. Судариков, содержащим конструкцию права интеллектуальной собственности. В нем нашло отражение и учение философов XVIII века о том, что труд – в данном случае творческий – порождает собственность.

Приравнивание авторского права к праву собственности в тот исторический период давало основание для наиболее полной  и надежной защиты прав авторов, поскольку признавало за ними, как и за правом собственности, свойства «священности и неприкосновенности». Этому также способствовал и характер этих прав как прав абсолютных, т.е. защищаемых от всех и каждого. Однако конструкция авторского права как права собственности не могла вместить тех правомочий, которые необходимы для охраны результата творчества. «Мнимая «конструкция» авторского права как права собственности была не чем иным, как литературным образом, но образом полезным на определенном историческом этапе для субъективного права, с которым этот образ связывали». [7, c.8]

В Германии практически до XVIII века права авторов охранялись в соответствии с теорией естественного права, а именно от каждого требовалось не трогать того, что ему не принадлежит. И только 27 февраля 1686 г. в Саксонии издан специальный Указ, в соответствии с которым авторам произведений представлялась защита от незаконного использования их работ, и, соответственно, признавалось право автора на охрану приобретенного у него издателем произведения. И только более чем через сто лет прусское гражданское уложение 1794 года закрепило правило, согласно которому «если поданный короля получил право издания книги, никто не может нарушать авторские права на неё». Первый же общегерманский закон об охране авторских прав был издан в 1837 году.

Примерно в этот же период времени законодательную охрану авторские права получили и в ряде других европейских странах.

В Дании и Норвегии, Декретом 1741 г. действовавшим до 1814 г. предоставлялась авторам и их правопреемникам пожизненное право собственности на произведения.

В Испании принятый в 1762 г. Закон «Об авторском праве», указывал на то, что привилегия на издание книги будет предоставляться только ее автору.

В Соединенных Штатах Америки – Закон штата Массачусетс от 17 марта 1789 г. устанавливал, что «нет собственности, принадлежащей человеку более, чем та, которая является результатом его умственного труда». [1]

Старейшая теория авторского права считает его в чистом виде правом имущественным, правом собственности на произведение. Одним из последователей этой теории был видный немецкий юрист Р. Йеринг. Он писал: «Переносить понятие о праве собственности на материальные предметы также и в область прав на нематериальные объекты не значит предъявлять чрезмерные требования к юридическому мышлению. Тот, чьи представления не позволяют справиться с этим, должен перестать быть юристом – юридическому мышлению пора освободиться от тисков телесности».

Однако человечество давно осознало роль и значение личных интересов создателя произведения. Еще в Древней Греции и Риме существовали моральные нормы, защищавшие автора в отношении его произведения от самовольного заимствования третьими лицами. В более позднее время великий русский ученый М.В. Ломоносов писал: «Главным образом пусть журналист усвоит, что для него нет ничего более позорного, чем красть у кого-либо из собратьев высказанные последним мысли и суждения и присваивать их себе, как будто он высказывает их от себя, тогда как ему едва известны заглавия тех книг, которые он терзает».

Признание важности личных прав творца привело к тому, что наряду с монистической теорией авторского права как права имущественного возникла характерная сначала в основном для французской правовой доктрины дуалистическая концепция (droit double). Ее ростки появились еще во время французской буржуазной революции, провозгласившей права человека и гражданина, а также права личности, в том числе личности творческой. Суть этой концепции состояла в том, что фактом создания литературного или художественного произведения у автора возникают два права различного назначения и природы: имущественное, или право извлекать выгоду из произведения, и неимущественное личное, отражающее интересы автора как творческой личности. Последнее получило название «моральных прав».

Дуалистическая концепция авторского права впоследствии стала считаться юристами концептуальной школы одной из основополагающих и получила закрепление в законодательстве буржуазных стран. Признание авторских прав отражающими интересы автора как творческой личности привело и к уточнению правовой природы этих прав не только как прав абсолютных, но и прав исключительных, т.е. принадлежащих исключительно создателю произведения и связанных неотъемлемым образом с личностью творца.

Историческая концепция авторского права развивалась под воздействием двух факторов:

  • технического прогресса, определяющего рыночные условия производства и использования объектов интеллектуальной собственности;
  • культурного и социального прогресса человечества. [7, c. 8-10]

И так, немногим более 200 лет назад в экономический оборот вошел новый вид объекта гражданских прав – результаты интеллектуальной деятельности. Признание необходимости создания специального правового механизма для охраны результатов литературного, художественного и технического творчества привело к возникновению самостоятельного раздела цивилистики, получившего название «право интеллектуальной собственности». В настоящее время это понятие включает в себя нормы, предусматривающие правовую охрану широкого круга объектов – результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, которые объединяет их общая природа – все они являются нематериальными объектами, а также то, что правовая охрана большинства из них обеспечивается при помощи юридической конструкции исключительных прав.

Исторически первым правовым институтам, использовавшим конструкцию исключительных прав, стало авторское право. В отличие от большинства других институтов гражданского права, возникших еще в древности и получивших детальное развитие в римском праве, авторское право возникло только в эпоху возрождения. [6, c. 7-8]

На первом этапе авторское право развивалось исключительно в рамках национальных границ согласно так называемому территориальному принципу. В соответствии с ним права, возникшие на территории одного государства, по законам этого государства не подлежат охране в другом государстве. Субъективные права автора, возникающие в одной стране, как правило, лишены экстерриториального характера.

Развитие международной торговли, прежде всего активизация торговлей печатной продукцией между разными странами, уже в середине XIX века привело к поиску путей преодолений территориальной ограниченности авторского права. Это могло быть урегулировано через механизм международных соглашений. Сначала это были отдельные статьи или приложения к отдельным договорам, а затем появились первые двусторонние соглашения о взаимной охране авторских прав. [7, c. 10]

В период 1827-1829 гг. между Пруссией и другими германскими государствами заключено 32 соглашения о взаимной охране авторских прав, которые во многом носили формальный характер. В 1832 г. в пределах Германии был введён единый закон об авторском праве.

В 1840 г. Сардиния (Италия) заключила соглашение (конвенцию) с Австрией, а в 1843 г.- с Францией.

1851 г. Франция – Великобритания, 1852 г. Франция – Бельгия.

Исследователи отмечают, что, основное правило двусторонних конвенций обычно сводилось к тому, что на территории одной страны признавались только те авторские права, которые первоначально возникли на территории другой страны.

В 1878 г. в Париже состоялся литературный конгресс под представительством В. Гюго, на котором была создана литературная ассоциация, с 1884 г. именуемая Международной литературной и художественной ассоциацией. [1]

К концу XIX века стала очевидной необходимость разработки многостороннего международного соглашения об охране авторских прав. [112, c. 10-11]

Первым унифицированным международным нормативным правовым актом, закрепившим основные стандарты в области авторского права, стал подписанный 9 сентября 1886 года после трех следовавших одна за другой дипломатических конференций международный договор, получивший название Международной конвенции об охране литературных и художественных произведений (Бернская конвенция), являющийся самым старым многосторонним международным договором. В этом документе государства-участники зафиксировали свое намерение защищать наиболее эффективным и унифицированным образом права авторов на литературные и художественные произведения. [9]

Особое ее значение состояло в том, что впервые были выработаны:

  • международный механизм взаимной охраны произведений стран-участниц на всей территории Бернского Союза (посредством закрепления принципа национального режима);
  • международный стандарт охраны авторских прав, обязательный для всех стран-участниц (посредством включения в Конвенцию норм императивного характера). [7, c. 11]

Первоначально, в 1886 г., Бернский союз состоял из 10 государств: Англия, Бельгия, Гаити, Германия, Испания, Италия, Либерия, Тунис, Франция, Швейцария. Бернская конвенция вступила в законную силу  5 декабря 1887 года. 15 апреля 1896 г. на конференции в Париже была принята декларация, разъясняющая различные положения Конвенции и дополнительный акт к её Бернскому тексту. К Конвенции присоединились еще 4 страны: Люксембург (1888 г.), Монако (1889 г.), Черногория (1893 г.), Норвегия (1896 г.). В 1911 г. к Конвенции присоединилась Португалия, в 1912 г. Нидерланды. В 1972 году в Бернской конвенции участвовали 63 государства. [2, c. 105-107]

Техническое совершенствование методов использования произведений требовало изменений Конвенции, которая пересматривалась в 1896, 1908, 1914, 1928, 1948, 1967, 1971 и 1979 годах.

В 1928 году Лига Наций предложила унифицировать законодательство об авторском праве в различных странах, поручив разработку предложений Институту интеллектуального сотрудничества, правопреемником которого после Второй мировой войны стала ЮНЕСКО. В 1952 году в Женеве Межправительственная конференция по авторскому праву приняла Всемирную конвенцию об авторском праве, которая вступила в силу 16 сентября 1955 года. В 1971 году была принята и в 1974 году вступила в силу новая редакция Всемирной конвенции об авторском праве. [8, c. 56-57]

В 1967 признание роли и значения интеллектуальной собственности находит свое выражение в создании на Дипломатической конференции в Стокгольме новой международной организации – Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС), получившей статус специализированной организации ООН.

Одной из основных задач ВОИС было содействие охране интеллектуальной собственности во всем мире путем сотрудничества государств (ст. 3 Конвенции, учреждающей всемирную организацию интеллектуальной собственности).

Конвенция, учреждающая ВОИС, впервые на международном уровне закрепила понятие интеллектуальной собственности и дала его определение. Применительно к авторскому праву и смежным правам в это понятие были включены права, относящиеся:

  • к литературным, художественным и научным произведениям;
  • исполнительской деятельности артистов, звукозаписи, радио- и телевизионным передачам;
  • а также все другие права, относящиеся к интеллектуальной деятельности в научной, литературной и художественной областях.

Появление и широкое использование компьютерных технологий и цифровой записи, спутникового и кабельного вещания, глобальных информационных сетей стали определяющими в развитии человечества в последней трети XX века. На смену товарному обмену посредством экспортно-импортных операций все больше приходит обмен результатами интеллектуального творчества через глобальные информационные сети без овеществленных сделок купли-продажи товаров. Такой обмен результатами интеллектуальной деятельности поистине не знает границ.

Последнюю треть XX века можно в полной мере назвать «информационной революцией». Подсчитано, что ежедневное издание «Нью-Йорк таймс», по состоянию на 2000 г., содержит больше информации, чем обычные люди получали в XVIII веке за всю свою жизнь. За последние 30 лет появилось больше информации, чем за предыдущие 5 тысяч лет. Информация, передаваемая и распространяемая по Интернет может включать в себя как неохраняемую авторским правом информацию (например, о событиях и фактах, имеющих информационный характер), так и материал, охраняемый авторским правом, который составляет подавляющее большинство. Зародившись как инструмент научного исследования и обмена информацией, Интернет быстро превратился в глобальную сеть предоставления информации и распространения объектов интеллектуальной собственности в коммерческих целях.

Возник закономерный вопрос о том, пригодно ли традиционное авторское право для регулирования отношений, возникающих в условиях глобальных информационных сетей. Ответы на эти вопросы международное сообщество попыталось дать в рамках двух международных договорах, разработанных и принятых в рамках Всемирной организации интеллектуальной собственности: Договора ВОИС по авторскому праву и Договора ВОИС по исполнениям и фонограммам.

Эти два договора нередко обозначаются как «Интерент-договоры», имея в виду, что их основной целью было приспособить авторское право к новой информационной среде. Целый ряд государств не только ратифицировал данные договоры, но и привел национальное законодательство в соответствии с их требованиями. Так, например, Конгресс США 28 октября 1998 года принял так называемый Закон (Акт) о цифровых технологиях нового тысячелетия (Digital Millennium Copyright Act), который ввел изменения в Закон (Акт) США «Об авторском праве» 1978 года в соответствии с требованиями новых договоров ВОИС. [7, c. 12-15]

Подводя итог можно заключить, что первым многосторонним международным договором стала Бернская конвенция об охране литературных и художественных произведений 1886 г. Которая вступила в силу с 5 сентября 1887 г. первоначально для десяти государств, большинство которых составляли государства Западной Европы. В дальнейшем круг участников конвенции постоянно расширялся, а ее текст неоднократно пересматривался на многочисленных дипломатических конференциях. На сегодняшний день Бернская конвенция в виде Парижского акта от 24 июля 1971 г., измененного 28 сентября 1979 г., является самым популярным международным соглашением в области авторского права, в ней участвуют более 140 государств мира. Беларусь является участницей Бернской конвенции с 12 декабря 1997 г.

Вторым основным многосторонним соглашением в области охраны авторского права является Всемирная конвенция об авторском праве 1952 г., измененная в 1971 г. Беларусь является участником Всемирной конвенции редакции 1952 г. – постановлением Совета Министров от 7 июня 1993 г. № 370 «О правопреемственности Республики Беларусь в отношении к подписанной 6 сентября 1952 г. в Женеве Всемирной конвенции об авторском праве» объявила о своем правопреемстве в отношении обязательств Советского Союза по данной конвенции. Это означает, что Всемирная конвенция редакции 1952 г. для Беларуси действует от даты ее ратификации Верховным Советом СССР – 27 мая 1973 г.

В последней трети XX века, в связи появлением и широким использованием компьютерных технологий, спутникового и кабельного вещания, глобальных информационных сетей, возникла необходимость в выработке соответствующего  законодательства об авторском праве для регулирования отношений, возникающих в условиях глобальных информационных сетей. Ответы на эти вопросы международное сообщество попыталось дать в рамках двух международных договорах, разработанных и принятых в рамках ВОИС: Договора ВОИС по авторскому праву и Договора ВОИС по исполнениям и фонограммам.

 [1] Канторович Я.А. Авторское право на литературные, музыкальные, художественные и фотографические произведения. – СПб.: Юрид. кн. скл. «Право», 1911. С.  4.

[2] Судариков С.А. Основы авторского права. – Мн.: Амалфея, 2000. С. 7.

Список использованных источников

  1. Артамонова, А.Е. Охрана авторских прав по международному частному праву и российскому гражданскому законодательству: Сравнительно-правовой анализ: дис…канд. юр. наук: 12.00.03 / А.Е. Артамонова. – Город, 2003. – 155 л. (6)
  2. Богуславский М.М. Вопросы авторского права в международных отношениях. Международная охрана произведений литературы и науки / Богуславский М.М. — М.: Наука, 1973. – 336 c. (13)
  3. Вопросы авторского права в деятельности библиотек Беларуси / Национальная библиотека Беларуси ; [составитель О.И. Воронецкая ; редакторы: Т.А. Ерохо, Ж.К. Зеневич, Е.М. Бильдюк]. – Минск, 2012. – 34 с.(45)
  4. Дюма, Р. Литературная и художественная собственность / Пер. с фр. Т.П. Лукиной, З.А. Поляковой. – 2-е изд. М.: Междунар. отношения, 1993. – 381 с. (30)
  5. Канторович, Я.А. Авторское право на литературныя, музыкальныя, художественныя и фотографическія произведенія. – СПб.: Юрид. кн. скл. «Право». – 1911. – 424 с. (47)
  6. Лосев, С.С. Проблемы правового регулирования оборота исключительных прав в Республике Беларусь / С.С. Лосев. – Мн.: Белорусская наука, 2006. – 245 с. (60)
  7. Судариков С.А. Основы авторского права. – Мн.: Амалфея, 2000. – 512 с. (112)
  8. Судариков С.А. Право интеллектуальной собственности: учеб. – Москва: Проспект, 2009. – 368 с. (113)
  9. Федорова Ю.А. Международные стандарты в области охраны авторского права и смежных прав и их применение в законодательстве Республики Беларусь // КонсультантПлюс: Беларусь. Технология 3000 [Электронный ресурс] / ООО «ЮрСпектр». — Минск, 2010. (121)
  10. Шершеневич Г.Ф. Авторское право на литературные произведения. – Казань: тип. имперского ун-та. – 1891. – 313 с. (124)
  11. Davies, Gillian. Copyright and the public interest / Gillian Davies. – 2nd ed. – London: Sweet & Maxwell, 2002. — 508 p. (Modern legal studies). (127)